Все типы материаловВидеоСтатьиАудио

Марина Островская: Родители не имеют права решать за своих детей

163 Статья26 июня 2017

«Родители не имеют права решать за подросших детей, куда им поступать. Какую профессию выбирать.» – сказала я вчера на первом дне тренинга по границам. «Взрослое поколение сейчас возненавидит вас за эту фразу» ответили мне.

 

Это больно. Мне больно от этого сейчас. От того, что о своих правах – на самоопределение, на выбор своего пути, на собственное мнение многие узнают только лет в 30-40 и ооочень удивляются этому.

 

Как это так? Как сказать маме что я не хочу в мед и пойти в актрисы? Да она из дому выгонит.

 

Как это так, сказать незванным гостям, что я не хочу их принимать сейчас и у меня другие планы? А как же последствия этого ужаааасного поступка?

 

Мне больно от того, что большинство людей в моей стране живут вот так. Вламываясь в чужие дома и давая там свои оценки направо и налево. Засовывая своё мировоззрение и советы другим людям прямо в рот и заставляя жевать. Это типа нормально в нашем обществе.

 

Ну а родители не дают возможности детям вырасти. Не дают. Не злые родители, где-то там далеко, а мы с вами. Я и ты.

 

Когда ребенку 1 год, вполне нормально решать за него, одевать шапочку или нет.

Когда ему 3, он вполне может решить это самостоятельно. И встретиться с последствиями своего решения.

 

Да, мы боимся, что он заболеет. Он может заболеть от того, что вспотеет – точно так же. Он может заболеть от того, что кто-то заразный чихнет в его сторону. Не шапочкой единой спасен человек от болезней. Шапочка как метафора – «я хочу, чтобы ты был в безопасности».

 

Окей, ребенку 5 лет. И он уж точно может сам решать, хочет ли он ходить на танцы или на карате. Хочет ли он картошку или макароны. «Дай ему волю он одними конфетами питаться будет!» Да, будет. Если запрещать самому решать, хочу-не хочу, буду-не буду – конечно он неделю будет объедаться конфетами до тошноты. Но ты же не дашь, материнское сердце не выдержит, и ты вновь запретишь чувствовать своё «хватит!». Дать обожраться конфетами как метафора возможности самому понаступать на свои грабли.

 

И вот ребенку 12, он подросток. Всю начальную школу мамаши соревновались друг с другом, кто лучше сделает за ребенка уроки, кто принесет более пафосную и явно не детскими руками сделанную поделку на праздник.

 

Проверяя собрал ли ребенок портфель и взял ли сменку, мама учит его никогда не полагаться на себя. Не думать о последствиях несделанных уроков или забытой сменки. Ему просто не дают встретиться с последствиями. Либо чморят за них так, что кроме психотравмы это никаким опытом не является. Или идут и говорят с учителем, даря подарочки и разруливая все косяки, которые наворотило дитятко. Забытая сменка и замечание в журнале как метафора «Ты сам можешь отвечать за свои действия и за их последствия».

 

Много ли кому позволялось принести трояк из школы и не получить по заднице?

Мне до 14 не удавалось, потому что поджатыми губами карались даже четверки. Чтобы в 14 мне сорвало крышу в подростковой сепарации и попытке самой что-то решать в своей жизни. Сигареты, алкоголь, прогулы в школе – это цветочки на могиле излишне закрученных с детства гаек. Запрета на ошибки.

 

Когда в основном проблемы либо не допускаются, либо решаются мамочкой, очень больно разбивать с высоты нос, когда бросили и сказали «теперь решай все сама». Лучше бы дали забыть сменку.

 

И вот ребенку 17, выпускной класс, он должен решить, куда пойти поступать. Он? Или мама, которая не давала ему самому решить, одеть ли шапочку? Может и в 17 она все еще контролирует, одета ли та самая шапка? А что, меня контролировали.

 

Мама боится своих ошибок. Мама боится за ребенка. Мама мудрее, умнее, мама любит своё дитя. Это так.

 

Но как, скажи, ребенок может стать личностью, если он продолжает быть отростком от матери? Пуповину надо резать. Не у всех она и в 45 отрезана. Даже если мама давно умерла.

 

Сложно дать части себя поступать по-своему.

Сложно дать половине своего сердца наломать дров.

Сложно признать, что эта половина – это не только ребенок, плоть от плоти и надежда.

Этот ребенок отдельная личность. И у этой личности есть право на самоопределение. На мнение. На свою собственную жизнь, а не на прожитие сценария, рождённого в маминой голове.

 

В норме ребенок до года находится в здоровом слиянии с мамой. В норме говорить о карапузе «мы покакали, мы срыгнули». Не в норме говорить «мы пошли в школу, мы поступили в институт».

 

Чем дальше от 1го года жизни – тем патологичное «Мы» когда говорят о ребенке.

Упс, некоторые и о 40-летних детках своих так говорят.

Упс, некоторые говорят так о собственных мужьях.

 

Когда «мы» про совместную поездку – это нормально, когда «мы» про то, что касается ребенка (родителей косвенно) – это нихрена не норма.

 

Никакого МЫ когда говоришь только о ребенке. Есть ТЫ и Я. Есть Ребенок и Мама.

 

Пока мамы будут думать о своих выросших детях как о годовалых несмышлёнышах, видя в них только объект своих педагогических талантов, не будет у нас никаких здоровых границ и прав личности в социуме. Не будет.

 

И если с собственными детьми понятно, то какого хрена чужие люди берут на себя право оценивать, советовать, критиковать? Если ребенок продолжение мамы, то почему кто-то считает коллегу продолжением себя? Своим собственным отростком, которому можно указывать что и как делать?

 

Я не о должностных инструкциях, я о психологических границах. И не о том случае, когда кто-то уже наступил грязной ногой на твои границы. я о том, когда лезут без вазелина в те места, которые не каждому психологу показывают. Личность другого человека – это не твоя нога, не твоя рука. Ты не имеешь никакого права управлять тем, что тебя не касается.

 

Так начни с себя. Ты это ты. Другой человек имеет право думать не так, верить в другого бога, любить людей альтернативным способом. Это его право. И осуждать, пытаться переделать, ломать и запрещать что-то делать ты не вправе.

 

Даже если это твой собственный ребёнок и он приносит тройки, о ужас, или смеет поступать не в тот универ. Или, что еще ужаснее, вообще не хочет поступать в вуз. Казнить нельзя помиловать.

 

Высказать свое мнение, свои опасения и эмоции, и позволить человеку решать самому. Не нарушая границ.


Почувствуй прямо сейчас, где на самом деле кончаешься ты?

Где твои границы?

Когда ты вламываешься в чужой психологический дом и начинаешь переклеивать там обои и выкидывать что-то «ненужное»?

 

Выйди вон из чужого дома.

Вдох-выдох.

Приберись лучше в своем.

 

 

 

Комментарии